«Нас просто расстреляли в чистом поле, как в тире» — участник боев за Иловайск

Иловайский котел — одно из самых трагических событий за весь период военных действий на Донбассе.

Бои за Иловайск начались накануне Дня Независимости в 2014 году. Две с половиной недели добровольческие батальоны пытались взять контроль над городом, но все планы рухнули, когда в Украину зашли кадровые российские военные, замкнув бойцов в кольцо.

В ночь на 29 августа президент РФ Владимир Путин призвал создать для украинских военных «зеленый коридор», но россияне не сдержали обещания, колонны были расстреляны при выходе. По официальным данным, тогда погибли 366 украинских военнослужащих, еще 429 бойцов получили ранения. Кроме того, 300 военнослужащих попали в плен. По неофициальным данным, эти цифры намного больше.

В годовщину трагедии боец батальона «Донбасс» Александр Печников, чей взвод участвовал в боях за Иловайск, рассказать свою историю.

— Александр, чем вы занимались до того, как пошли воевать на Донбасс, что подвигло вас идти на войну?

— Я частный предприниматель, занимался отоплением более 12 лет, был официально зарегистрирован. Так как живу в Бердянске, еще сдавал жилье отдыхающим.

"Нас просто расстреляли в чистом поле, как в тире" - участник боев за Иловайск

В 2013 году я не наблюдал за происходящим, на Майдан не ездил. Но после вторжения россиян и «отжатия» Крыма я понял, что в стороне не получится остаться и начал искать путь, как поучаствовать в защите родины.

Нас тогда 23 человека собралось, мы поехали в Запорожье, хотели попасть в батальон «Сич». Но так как он был милицейским, не все понравилось.

Старший нашей группы Виктор Каминский («Жак») вышел на связь с бывшим советником министра внутренних дел Антоном Геращенко, он нам посоветовал вступать в батальон «Донбасс».

Они должны были приезжать в Киев легализоваться, потому что батальона в мае еще не было, было некое ОПГ воюющее с сепаратистами, то есть специального подразделения не было.

Мы приняли решение и поехали в Киев — это было 27 мая. Нас встретили, привезли на базу в Новые Петровцы, там и началась наша трехнедельная подготовка к АТО.

— Куда вас в первую очередь отправили?

— Нас тогда сразу отправили в Изюм — он тогда еще был в зоне АТО. Это тот город, куда очень многие приезжали посидеть и получить УБД.

Мы участвовали в операции по освобождению Славянска. Точнее, сам город был уже освобожден, но через день-два нас начали вывозить туда для зачистки территории.

Там в принципе боев не было, реальный бой был, где я ощутил насколько все «красочно» – это освобождение Попасной. Мы тогда понесли первые жертвы, погибли наши ребята.

— А как люди вас воспринимали в том же Славянске, Попасной?

— В Славянске мы с местными не встречались, и в Изюме тоже, а где у нас был с местными контакт — это город Артемовск. Мы переехали туда на базу, это было общежитие бывшего медучилища.

Там вообще была прекрасная реакция местного населения, нас буквально с первых часов начали кормить, поить и т.д.

Не исключено, что за спиной дули тыкали, но в основном местная молодежь и люди постарше ходили к нам в гости, старались какими-то вещами поддержать, быт наш налаживали.

Из Артемовска мы выезжали в Попасную, в район Горловки несколько выездов было. Там получали трофеи – машины противника, оружие, добытое в бою. Были небольшие спецоперации, в основном борьба с ДРГ, а серьёзные бои — это была Попасная, Лисичанск.

Мы на одном месте не задерживались, буквально день два, и так как я был в штурмовой роте, мы постоянно передвигались.

— А что с Иловайском, как все началось, когда вам сказали выдвигаться?

— Мы тогда переехали в Курахово, поселились там в санаторий, оттуда в Марьинку выезды делали, а потом поехали в Иловайск.

— Когда вам сказали, что вы собираетесь и едете, какие были ощущения и разговоры про Иловайск внутри вашего батальона между бойцами? Хотели ли туда ехать?

— Ехать хотели, вы ж понимаете, это добровольческий батальон, у нас была мотивация. А так был самый обычный город, сказали ехать в Иловайск, мы и поехали.

— Какой день был?

— Первая попытка зайти в Иловайск была 10 августа, я в этой операции не участвовал, мы ездили в Ясиноватую, я сопровождал командира роты на переговоры со смежниками, что это была за часть я не знаю, и в переговорах мы не участвовали.

Мы вошли в город 18 августа, первая попытка была неудачная, на мосту при въезде в город нас ожидала засада, тогда 5 человек погибло. Мы отошли, перегруппировались, разработали другую операцию и вошли в город, тогда мы контролировали половину Иловайска.

— Какое оружие у вас было?

— Лично у нашего подразделения тяжелого не было ничего, у нас было только легкое стрелковое оружие, так как назначение нашего подразделения — это зачистка, то есть милицейские функции.

Изначально нас тренировали, что проходят войска, а за ними проходим мы — проверяем дома, убежища, выявляем бандитов.

— Но оказалось немного по-другому?

— На деле оказалось по-другому. В Иловайске были только мы, то есть было много подразделений, но они находились за пределами города — в Многополье, в Зеленом, даже генерал Руслан Хомчак был в Многополье.

— А как же получалось отбиваться со стрелковым оружием?

— А никак не получалось, мы зачистили блокпосты, до которых дотягивались, там город разбит пополам железной дорогой — половина частного сектора, вот частный сектор мы и контролировали. Заходили ДРГ, вот с ними мы воевали.

"Нас просто расстреляли в чистом поле, как в тире" - участник боев за Иловайск

19 августа мы дошли до центра и закрепились, якобы должна была подойти помощь, но как всегда, никто не подтянулся, и мы еле оттуда ноги унесли. У нас четверо погибших было и много раненых.

— Обстрелы со стороны террористов были в этот момент?

— Обстрелы начались где-то после 23 августа, тогда мы почувствовали, что мы имеем дело не с бандформированиями, а с регулярной российской армией. По нам начали бить «Грады», САУ, довольно тяжелая артиллерия. Развалили весь этот Иловайск. Все ближайшие дома были уничтожены.

На тот момент мы находились в школе частного сектора, успели зачистить блокпост, который нас беспокоил, и с этого времени нас начала тяжелая артиллерия крыть. Никак мы не защищались, прятались.

powered by CACKLE