Как боролись с эпидемиями в Бессарабии царского периода

Вот уже две недели Измаил находится в красной зоне карантина из-за вспышки коронавируса. Немного позже к нему присоединился и весь Болградский район. На фоне того, что более жесткие карантинные ограничения будут действовать еще не менее 14 дней, местные жителя готовятся бунтовать, выступая в первую очередь против дистанционного обучения. «Бессарабия INFORM» решила узнать, как раньше боролись с эпидемиями в Бессарабии и какие ограничения действовали для местных жителей.

Отметим, что эпидемии не являются чем-то необыкновенным для Бессарабии. В XIX веке здесь отмечались вспышки чумы, холеры, сыпного тифа, оспы и других эпидемических заболеваний. К примеру, чума поражала Бессарабию в 1812, 1813, 1814, 1817, 1819, 1825, 1828, 1829 годах, а холера свирепствовала здесь в 1830, 1831, 1832, 1836, 1848, 1855, 1866, 1872 годах. Как боролись с эпидемиями в Бессарабии царского периода рассказал доктор истории Института культурного наследия Министерства образования, культуры и исследований Республики Молдова Иван Думиника.

Известно, что одной из самых страшных эпидемий того периода, не щадившей людей, была чума. Как правило, она поступательно распространялась из Азии на Балканы и оттуда – в Бессарабию, вошедшую в состав Российской империи в мае 1812 года по итогам очередной русско-турецкой войны. Чаще всего переносчиками этой болезни являлись купцы из Османской и Австрийской империй. В Бессарабию товары из указанных мест не только поставлялись, но и переправлялись через нее для иностранной торговли во внутренних губерниях Российской империи. Все это создавало благоприятные условия для проникновения в эти места данной заразной болезни.

Первые очаги, как правило, возникали в морских портах, где часто пришвартовывались купеческие корабли. Так, в августе 1812 года чума возникла в Одессе, где уже к 16 ноября того же года умерло 1 720 чел. Оттуда эта болезнь в конце октября – начале ноября 1812 года проникла в пределы Ясского и Хотинского уездов Бессарабии, где унесла жизнь 116 чел. Благодаря своевременным мерам бессарабских властей, заключавшихся в изоляции очагов возникновения эпидемии, в декабре того же года с ней удалось справиться.

В 1813 года чума возникла в соседнем Молдавском княжестве. Для того, чтобы защитить Бессарабию от заражения, были закрыты все пограничные пункты. На пограничных переходах были установлены карантинные посты, где в полной изоляции от внешнего мира должны были находиться те, кто все же прибывал из мест, где отмечалась чума. Так, выходцам из таких охваченных эпидемией городов Молдавского княжества, как Фокшаны, Галац и Бырлад, следовало находиться в карантине 40 дней, а те, кто прибывал из других населенных мест соседнего княжества, должны были проходить карантин 24 дня. В качестве профилактической меры бессарабскими местными властями был издан приказ, запрещавший импорт и экспорт товаров и пропуск на территорию Бессарабии иностранных торговцев, надлежало также дезинфицировать монеты, поступавшие из-за границы.

В августе 1813 года чума снова возникает в Хотинском уезде, а в декабре того же года отмечается и в Измаиле. Никита Глизян, измаильский протопоп, информировал Кишиневскую духовную дикастерию о том, что из-за чумы, унесшей жизни нескольких человек, город Тучков (так назывался в это время Измаил) «был закрыт». Для предотвращения ее распространения за пределы указанного уезда власти идут на крайние меры. Жителям разрешалось покидать этот уезд лишь после прохождения 9-15-дневных карантинов. К тому же у границ Хотинского уезда располагались патрульные посты, которые должны были возвращать ослушавшихся. Благодаря своевременным мерам по изоляции чумным очагов, уже к 1814 года эпидемия была искоренена на вышеназванных территориях.

В силу того, что Бессарабия находилась на западной границе Российской империи, откуда чаще всего и проникали эпидемические болезни, Петербург начал уделять особое внимание устройству карантинов на приграничных таможенных пунктах. С целью недопущения проникновения какой-либо эпидемии в крае был образован Бессарабский карантинный комитет. В марте 1813 года принято решение о создании карантинного комитета в Рени, Вилково, Измаиле и Килии.

Кроме того, 26 мая 1813 года был образован Бессарабский комитет карантинных очищений. Этот орган предпринимал жесткие, но эффективные меры по борьбе с чумой. Все зараженные населенные местности были окружены санитарным кордоном, а предметы быта, дома и т. п., пострадавшие от чумы, сжигались; даже после погашения чумного очага, карантинный режим на этой территории сохранялся в течение 60 дней. На границе строго следили за тем, чтобы кроме курьеров и корреспонденции, никто ее не пересекал.

Бессарабская администрация своевременно вела подготовку к пресечению возможной эпидемии чумы благодаря имевшейся регулярной корреспонденции с русскими консулами в Османской империи. Дипломаты, в случае появления чумы в каком-либо городе на Балканах, непременно сообщали об этом в Кишинев и в другие административные центры приграничных губерний.

В 1814 году из Петербурга в Бессарабию были отправлены надворный советник Дическулов и лейтенант флота Афанасьев, в задачу которых входило устройство карантинов на границе Бессарабии с Османской империей. Согласно имевшейся при них «Инструкции», карантины должны были находится в местах «негористых, ненизменных и неудаленных от границы». Здесь располагалось приемное отделение, квартал для очистки (газом, насыщенным соляной кислотой) зачумленных личных вещей и товаров, квартал для карантинных чиновников и служителей, а также квартал для пассажиров, проходящих карантин. Последний квартал разделялся на 16 частей и состоял из домиков с двориками. В «Инструкции» особо обращалось внимание на то, чтобы «пассажиры не могли жаловаться ни на тесноту, ни на холод и ни на другие невыгоды». Отдельные домики должны были вмещать от 8 до 12 человек. В каждом доме должным образом располагались кровати, стулья, стол, фонарь, а в сенях – небольшое отделение для кухни с печью. В пассажирском квартале обустраивалась площадь, обсаженная деревьями, наподобие бульвара, и разделенная на две части барьерами. По площади надлежало передвигаться в установленном количестве людей в определенное для этого время.

При карантинах были организованы два вида больниц: обыкновенная и «опасная». Обыкновенная больница состояла из шести палат – «двух для почетных и четырех для простолюдинов». В каждой палате находилось от 8 до 12 кровати. «Опасная» больница отделялась от карантина не только забором, но и двойным углубленным рвом. При каждой больнице обустраивался особый небольшой сад, необходимый для прогулок больных.

В карантинных учреждениях устраивались конюшни и сараи для размещения лошадей, скота и экипажей, принадлежавших тем, кто состоял на карантином наблюдении.

Все отделения были разделены между собой забором и углублены рвом. Из одного квартала в другой можно было попасть по коридору, огороженному рвом и заканчивающемуся воротами с замком. При карантине надлежало иметь по крайней мере 24 будки для караульных с внутренней и внешней стороны.

Позднее, 21 августа 1818 года, императором Александром I был одобрен «Устав о карантинах», который регулировал положение карантинных учреждений во всех областях и губерниях Российской империи, в том числе и в Бессарабии. Согласно этому документу, все въезжавшие на территорию Российской империи отводились в т. н. Карантинный дом. Там у них забирали паспорта и прочую документацию. Затем они под присягой должны были сообщить, имелись ли какие-либо эпидемические болезни в тех местах, где они проживали или через которые проходили по пути в Российскую империю, также им надлежало сообщить, «не имели ли они по пути больных или умерших».

Если при досмотре оказывалось, что пассажир не представлял угрозу, его отпускали идти далее без обязательного карантинного очищения. Когда же поведение желающего проникнуть в Империю вызывало подозрение или же он пришел с территории, где отмечалась эпидемия, то его помещали на 14-дневный карантин. До истечения установленного срока воспрещалось покидать карантин каждому, кто проходил очищение. Также подлежали очищению ввозимые товары и вещи: их в течение 24 часов обрабатывали газом, насыщенным соляной кислотой, а затем на протяжении 4 дней еще и проветривали. Следовательно, полный срок для очищения вещей и товаров составлял 5 дней. Вещи и товары, окуренные серным газом, в течение трех суток проветривались 10 дней. Если же хозяева опасались, что их вещи после окуривания потеряют цвет, то их надлежало проветривать 21 день. В случае, если вещи происходили из мест, где свирепствовала эпидемия, то срок их окуривания и проветривания удваивался. Животные, поступавшие в карантин, содержались на открытом воздухе 14 дней.

В случае, если среди пассажиров выявлялись больные, то их немедленно размещали в т. н. Чумной квартал. Их верхнюю одежду и белье, а также постель надлежало сжечь. Зараженные, перемещенные в Чумной квартал, получали постель из соломы или сухого сена, которые ежедневно менялись и затем сжигались, а комната, где располагался больной, окуривалась газом, насыщенным соляной кислотой. Внутренняя стража и медицинский персонал был одет в кожаную одежду, вымазанную маслом, он обязан был иметь на руках вощаные перчатки, держать часто во рту уксус и как можно чаще мыть руки. После выздоровления пассажир должен был пройти 14-дневный карантинный срок.

Не успели жители Бессарабии оправиться от чумы, как в ноябре 1830 года сюда впервые с Востока проникла холера. К эпидемии начали готовиться заранее. Еще в марте 1830 года повсеместно было разглашено объявление «О всеобщем очищении края», где отмечалось, что с 30 марта начнется «всеобщее очищение», которое продолжится 15 дней. В установленный период жителям запрещалось отлучаться из своих городов, местечек и селений «под опасениям строгого взыскания по карантинным правилам». Вместе с тем, власти разрешали крестьянам заниматься полевыми работами при условии, чтобы они в поле «отнюдь не имели … ни с кем стороннего сообщения, а еще менее покушались скрываться куда-либо, но возвращались на ночь в дома свои». Общему правилу должны были подчиниться и представители духовенства. В связи с этим особо отмечалось следующее: «пусть каждый убедится в сердце своем, что принесение душевных молений Богу вне храмов святых столько же может быть приятно Всевышнему, как и пред алтарем Его»..

В то же время Медицинский совет, учрежденный при Бессарабской врачебной управе, издал инструкцию, рассказывающую о симптомах холеры и определявшую методы борьбы с ней. Жителям рекомендовалось соблюдать чистоту и опрятность в домах и около них. Обращалось внимание на личную гигиену, а также на то, чтобы в комнате воздух был сухой, чистый и умеренной теплоты. Рекомендовалось избегать простуды. Для этого запрещалось ложиться спать на сырой земле, на открытом воздухе в сырую и туманную погоду; вспотевши, не выходить из комнаты на улицу в холодный воздух; одеваться теплее, в соответствии с температурой воздуха. При проявлении же первых симптомов болезни нужно было вызвать врача. В случае отсутствия такового должен был прийти фельдшер или цирюльник, которые прикладывали 20 пиявок к животу больного, затем следовало натирать его конечности нашатырным спиртом, скипидаром или вином, настоянным горчицей или стручком красного перца. Следовало также согревать живот больного прикладыванием горячей золы, овса, ячменя, муки или отрубей: «истертый хрен, теплым уксусом смоченный и к правой стороне живота приложенный, отменно полезным бывает». Строго возбранялось давать больному холодную воду, для питья следовало приготовить настой ромашки, мяты, шалфея, мелиссы и других подобных ароматных трав.

Властями также было принято решение, с целью не допустить распространения холеры, отпустить домой учащихся кишиневских духовных заведений. Ученикам же, выходцам из мест, где уже отмечалась вспышка холеры, и сиротам, приказывалось находиться в своих квартирах. Кроме того, надлежало особо контролировать чистоту и опрятность в квартирах этих воспитанников. По наставлению врача было необходимо дезинфицировать квартиры через окуривание хлором. Кроме того, часть воспитанников духовные власти отправили в монастыри.

При появлении первых очагов холеры, в ноябре 1830 года, в Кишиневе «для усилений действий по прекращению болезни» был образован особый комитет из чиновников под председательством гражданского губернатора Бессарабии А. И. Сорокунского. Холера в Бессарабии свирепствовала около года – с ноября 1830 года по сентябрь 1831 г. Согласно статистическим данным, к 22 июля 1831 года отмечалось 7 576 смертельных случаев.

Стоит обратить внимание на то, что тогда в Империи, как и сейчас, находились люди, которые противодействовали принимаемым властями мерам. По свидетельству источников, они «обрушивались в своей безрассудной злобе на блюстителей порядка и на врачей…». Император Николай I был вынужден издать Манифест, в котором призывал подданных проявить солидарность с действием властей. Самодержец обращал внимание людей на следующий факт: бдительный и строгий надзор за эпидемией позволил ослабить ее в Москве и в трех губерниях, а соблюдение карантинных правил спасло от нее многие города и саму столицу.

Церковь так же, как и гражданские власти, включалась в борьбу с различными эпидемиями. Кроме совершения молебнов во имя избавления от смертельной заразы, в «Кишиневских епархиальных ведомостях», официальном печатном органе Кишиневской и Хотинской епархии, публиковались материалы, знакомившие священников и прихожан с видами различных эпидемий и способами защиты от них. Примером может служить опубликованное наставление «Как предохраняться и лечиться от холеры». В целях эффективности борьбы с этой эпидемией особо обращалось внимание читателей на соблюдение чистоты в их жилищах и проветривание помещения. В одном из выпусков ведомостей, в связи с вновь появившейся в Империи холерой, были опубликованы «Наставления для предохранения от холеры и для принятия мер в случае заболевания». В статье подчеркивалось, что «в холерное время» необходимо «заботиться о чистоте одежды и белья, обмывать возможно чаще мылом лицо и руки особенно перед едой и после соприкосновения с больным, а также избегать употребления пищи в тех помещениях, где есть заболевшие холерою». Также на страницах «Кишиневских епархиальных ведомостей» публиковались позаимствованные из прессы, издававшейся в других губерниях Российской империи, заметки о холере и о способах борьбы с ней.

Следует особо подчеркнуть, что в борьбу с эпидемиями включались и послушники монастырей. Известно, что когда в 1872 году в Бессарабии свирепствовала холера, три послушника Жабского монастыря, «снабженные лекарствами», ходили по окружным селениям и лечили больных, «все это не могло не расположить жителей к монастырю, подавшему руку помощи в годину их испытания».

Таким образом, вышеизложенный материал показывает, что строгий контроль, ответственность граждан, совместные усилия и неустанная всеобщая борьба с эпидемией, какой бы сложности она ни была, в конечном счете, приведет к победе над ней. Какой бы ни была по своим размерам эпидемия, она всегда уходила в историю.

Как боролись с эпидемиями в Бессарабии царского периода

Подпишитесь на наш канал в TELEGRAM

Друзья! Подписывайтесь на наш канал в Telegram и будьте всегда в курсе самых последних новостей. Клац и новости прилетают прямо к Вам в карман!