На закон “О государственном языке” отреагировала Венгрия

//Гибридная война против Украины ведется методами НКВД.//

Влиять на все общество и на отдельного человека можно одинаковыми инструментами. Сломить все общество можно теми же приемами, что и отдельного индивида. Потому что любой большой коллектив, согласно теории коллективной рефлексологии Бехтерева, представляет собой нечто целое и выступает в виде одной коллективной или собирательной личности. И законы проявления деятельности коллектива такие же, как и законы проявления деятельности отдельной личности.

В гибридной войне, которую сегодня Кремль ведет против Украины, нет ничего нового. Методы подавления личности, использовавшиеся следователями при допросах в НКВД, сегодня в полной мере применяются Кремлем по отношению ко всей Украине.

Это неудивительно, учитывая, что костяк власти в России составляют «настоящие чекисты», пропитанные духом, ценностями и подходами НКВД. Поэтому ход мышления и методы действия у них соответствующие. Такой подход доказал свою «эффективность» в 30-40-х годах и продолжает срабатывать сейчас, в XXI веке.

Итак, главные задачи следователя НКВД ранее и российской пропаганды сегодня заключаются в следующем.

1. Лишить жертву физических и моральных сил к сопротивлению. Для этого, чаще всего, использовался «конвейер» – постоянный, непрекращающийся допрос и давление со стороны большого количества сменяющих друг друга следователей. Человека постоянно дергали, допрашивали, приводили и уводили, изнуряли, он все время находился в тревожном состоянии, нервничал, терял силы и рано или поздно срывался и ломался.

Такой же прием эффективен и по отношению к целому народу. Непрекращающиеся, сменяющие друг друга стрессовые ситуации и проблемы истощают психику коллектива, утомляют, подавляют волю к сопротивлению. Это, прежде всего, постоянные обострения ситуации на фронте, вал негативной информации о поражениях в разных сферах, крики о «зраде», об огромных потерях на Донбассе, о кризисе и т.д.

2. Лишить жертву моральной опоры, показать, что ее все предали. В НКВД, обычно, подследственному говорили, что семья от него отказалась, как от предателя и врага народа, а «подельники» дали признательные показания и указали на него, как на участника заговора.

Сегодня украинцам демонстрируют, что союзники нас предадут или уже предали, как неисправимых коррупционеров или как малозначимую страну, но прежде всего – что украинцев предала их собственная власть. Кроме того, российской агентурой инспирируются акты антисемитизма и вандализма с целью поссорить Украину с ее союзниками.

3. Продемонстрировать полную незащищенность жертвы. В НКВД это была целая система пыток и унижений личности, когда человек начинал понимать, что никто на свете больше не сможет его защитить, что он пустое место и звать его никак.

В гибридной войне – это теракты против политиков и журналистов, показывающие, что никто в Украине не защищен от всесильной карающей руки Кремля, ни известные люди, ни, тем более, простые обыватели.

4. Вызвать ощущение обреченности и безысходности. В НКВД, обычно, жертве говорили, что процесс санкционирован на самом верху, вина уже доказана, приговор уже предопределен, схема полностью раскрыта, и смягчить наказание можно только полным признанием вины.

Сегодня это выражается в тезисах о том, что Украина станет разменной монетой при договоренностях мировых держав и от нее больше ничего не зависит, что сопротивление бесполезно и нужно идти на уступки.

5. Показать бесперспективность сопротивления. В НКВД радостно сообщали человеку, что у них есть сколько угодно времени, чтобы сломать его. И что временных рамок для мучений, издевательств и унижений не существует.

Сегодня Кремль каждый раз подчеркивает, что даже не собирается обсуждать условия снятия санкций и будет проводить свою политику столько, сколько понадобится, даже если придется «есть снег».

6. Вызвать у человека чувство паники, растерянности, постоянного страха. Для этого в НКВД жертв помещали в камеры со стенами, покрытыми кровью, и в которых ночью были слышны нечеловеческие крики пытаемых людей.

По отношению к Украине сегодня это – бессмысленные убийства, разгул криминалитета, провоцируемый всеобщим стрессом, бедностью, войной на Донбассе и, не исключено, целенаправленной политикой криминальных кругов, подконтрольных Кремлю.

7. Разрушить внутренний мир человека и дезориентировать его. Для этого НКВД в тюрьмах создавал атмосферу глубочайшей безнадежности, подозрительности, лжи и бесконечной пропаганды. Жертве с наслаждением сообщалось о раскрытии новых заговоров, арестованных и расстрелянных врагах народа, делалось все, чтобы убедить обвиняемого в том, что все вокруг бессмысленно и беспощадно.

В Украине сегодня это проявляется в целенаправленной дискредитации власти, волонтеров и добровольцев, культивировании самых разных теорий заговора, дезинформации, пропаганде всеобщего недоверия и ненависти.

8. Убить в человеке чувство сострадания к другим и ответственности перед ними. Для этого в НКВД практиковалась пытка голодом, жаждой, лишением сна и другими угрожающими медленной смертью методами. Человек, доведенный до истощения, вставал перед ужасающим выбором – оговорить и предать товарищей или умереть и, чаще всего, выбирал первое.

Сегодня в Украине кризис и резкое ухудшение уровня жизни, спровоцированные войной и экономической блокадой со стороны России, дезинтегрируют общество и заставляют каждого сосредоточиться на собственном выживании даже за счет общественных интересов.

К сожалению, сегодня Украина в этой игре взяла на себя роль жертвы, «обвиняемого», на котором Кремль – «следователь НКВД» – оттачивает и демонстрирует весь арсенал своих изощренных методов. Жертва пытается всего лишь выстоять и продержаться под пытками и давлением как можно дольше, следователь – сломать как можно быстрее.

Нет нужды говорить, что даже самый стойкий человек в НКВД рано или поздно, но ломался. И потому роль, которую выбрала себе Украина – заведомо проигрышная.

Единственная возможность не проиграть и не сломаться – это перестать находиться в роли жертвы, «обвиняемого» в застенках НКВД. И мы, в отличие о реального заключенного, можем просто взять – и выйти из информационной «камеры».

Нам нужно полностью сменить риторику и реакцию на происходящее. Хватит обороняться и пытаться выстоять, пора переходить в атаку. Украинская власть должна становиться проактивной, начать диктовать информационную повестку и заставлять реагировать Кремль – постоянно, ежедневно вынуждать его говорить, объяснять, оправдываться, обсуждать наши инициативы, предложения, обвинения, заявления.
Нужно начать действовать ассиметричными методами, выдвигать самые неожиданные тезисы, влиять на российское общество и дезориентировать его, действовать на упреждение, подрывать устои и позиции Кремля, атаковать и навязывать совершенно новые идеи и темы.

Нам необходимо «освежить» информационное пространство, иначе мы сгнием в этом однообразном и тоскливом болоте.

Если мы пока не готовы стать субъектом международной политики, то стать субъектом хотя бы в информационном поле мы можем уж точно. Да, мы не способны продуцировать такой вал пропаганды, как это делает Россия, но вполне можем генерировать достаточное количество заявлений и информационных поводов от руководства страны, которые бы заставили о них говорить.

Но самое главное – это внутренний информационный фронт. На контрпропаганде и опровержениях далеко не уедешь, нужно самим начинать свою собственную массовую пропаганду будущего, украинской мечты, которую пора, наконец, сформулировать и показать народу свет в конце туннеля.

Для этого достаточно лишь нескольких светлых и креативных голов, внятной стратегии, не очень большого количества ресурсов, но главное – политической воли и мудрости нашего руководства.

Дмитрий БАЧЕВСКИЙ