Села Бессарабии нацелены не на развитие, а на банальное выживание

Виктор Черный – бессменный сельский голова Першо­травневого Измаильского района начиная с 2006 года.

34273-71758

Учитывая солидный жизненный опыт и неординарный склад мышления Виктора Григорьевича, я поинтересовался его точкой зрения на одну из самых болезненных для современной сельской действительности проблем – занятости местного населения. Ведь в нее по сути упирается вопрос – быть или не быть селу как социально-культурному явлению.

– Да, действительно, сердце сжимается, когда в сельской глубинке замечаешь очередной брошенный дом, – начинает наш разговор Виктор Черный. – На мой взгляд, этот процесс будет необратимым до тех пор, пока мы наконец-то не определимся, каким же образом можно предоставить сельскому жителю на его малой родине возможность для достойного заработка.

Слушая мудрого собеседника, я соглашался с ним в том, что как бы мы ни относились к советскому наследию, его опыт поучителен уже хотя бы тем, что на какой-то период была создана успешная модель всеобщей занятости. Причем сказать, что в основе ее лежит исключительно шаблонный подход – никак не повернется язык. Взять хотя бы специфику села Першотравневого, где в сравнении даже с соседним населенным пунктом – Кислицей земли ощутимо меньше (особенно это было заметно при распределении земельных паев: в Кислице – 4,8 га в среднем на человека, в Першотравневом – 2,6). Таким образом, изначально было ясно, что успешно охватить всеобщей занятостью можно только при индивидуальном подходе к каждому селу. В частности, першотравневское коллективное хозяйство было сориентировано на животноводческую отрасль. Во-первых, это требовало использования в большом объеме ручного труда. Во-вторых, это дополнительные рабочие места на создании кормовой базы, без которой невозможно развитие животноводства. На корма шла люцерна, выращиваемая в Кислицких плавнях. Следует отметить, что грунтовые воды там располагались достаточно высоко, поэтому за сезон можно было снимать по пять-шесть урожаев. Причем для этого растения не требуется каких-либо капитальных вложений, затрат на минеральные удобрения.

 – По моему глубокому убеждению, если бы к земле-матушке продолжали относиться толково, до сих пор мы бы пожинали добрые плоды, – отмечает Виктор Григорьевич, – и социально-экономические показатели в селе были бы на самом высоком уровне.

В 70-е годы, развив мощное животноводство, с созданием отличной кормовой базы, в хозяйстве стали активно заниматься мелиоративными работами, предполагая в перспективе выращивать рис, для которого люцерна является отличным предшественником. Понимая всю перспективность задуманного, к колхозу им. Октябрьской революции, возглавляемому легендарным Павлом Гаевским, присоединяют земли и хозяйства Новой Покровки и Каланчака. В результате только чистой пашни за першотравневцами числилось 1448 га.

– Это был настоящий круговорот жизни, – констатирует сельский голова. – В хозяйстве было 12 полей, на которых строжайше соблюдалась системность севооборота. В итоге – прекрасные урожаи, как риса, так и люцерны. Механизм, как отлаженные часы, действовал фактически до конца 90-х годов. И лично я от участия в этом процессе ощущал искреннюю радость полноценного бытия.

Соседняя же Кислица, наряду с такими же богатыми землей совхозами Озерного и Старой Некрасовки, была зациклена на имеющем союзное значение Измаильском консервном заводе. Соответственно, там занимались выращиванием овощей. При этом, несмотря на узкую специализацию каждого хозяйства, между собой они тесно сотрудничали. Например, кисличане, щедро делясь с соседями овощами, отправляли в Першотравневое молодняк, где его откармливали. В ряде же населенных пунктов, например, в молдавских селах Утконосовке и Камышовке, там, где наблюдалось перенаселение, делалось все возможное для успешного развития подсобного хозяйства, то есть на особом внимании были насосные станции.

– Безусловно, в той плановой системе были и свои явные недостатки, – анализирует Виктор Черный. – И первый из них – неспособность гибко реагировать на вызовы современности. Ведь в конце 70-х годов не нашлось ни одного человека, который сумел бы обратить внимание на одну тревожную тенденцию. В то время как в сельскохозяйственном производстве США было занято до 10% населения, у нас – 43,5%. Понятно, что со значительно меньшими человекозатратами американцы делали упор на развитие новых технологий. Я убежден, что тогда акцент необходимо было фокусировать на развитии АПК. Следовало объединять в одну структуру не только колхозы, перерабатывающие предприятия, но и, например, заводы по производству сельскохозяйственной техники. То есть надо было сосредоточиться на организации филиалов по сборке несложной сельхозтехники (например, дисковых борон, культиваторов), чтобы сельскому труженику не приходилось, к примеру, ехать в Херсон, а можно было решить все вопросы на месте. Тем более что мы имели для этого все предпосылки – в поселке Суворово тогда была солиднейшая база.

Сегодня Першотравневое, как, впрочем, и весь регион, находится в глубокой депрессии. Село по большей части нацелено не на развитие, а на банальное выживание. Большая часть трудоспособного населения – на заработках, и не только в Одессе, но и за границей.

Понятно, что для успешного возрождения сельского хозяйства в первую очередь необходима политическая воля. Когда наконец-то на центральном уровне будут определены четкие правила игры либо для успешного развития фермерских хозяйств, либо для возрождения былой структуры коллективных хозяйств, но уже в формате когда-то заявленного АПК? Ведь прежними поколениями уже не раз было доказано, что на бессарабской земле можно и нужно быть успешными хозяевами. Ну а пока остается лелеять надежду, ведь только она, как известно, умирает последней.

Источник

Loading...
Loading...